Съездил на днях в Шотландию. Из Арлингтона в местечко Scotland, что в южном Мэриленде. На автомобиле. Два часа туда и два обратно. На следующий день рассказывал на работе, как сгонял в Шотландию, и мне не верили, пока я не достал айпад и не показал, где это.
Местечко Scotland было основано на берегу Чесапикского залива еще в 1620-м, кажется, году, выходцами, надо полагать, из настоящей Шотландии. Время было непростое – как же, захват чужой страны, бесконечные стычки с индейцами, борьба с голодом и эпидемиями. И все же понаехавшие колонисты быстро сообразили, в чем основная прелесть этой местности, и за каких-нибудь сто лет превратили свою колонию в курортный городок с песчаными пляжами, куда народ приезжал аж из северного Мэриленда, такое это было популярное место.
И когда всем казалось, что самые тяжелые испытания уже позади, грянула борьба за независимость от британских налоговиков. Вспыхнула гражданская война (которую Север называл War of the Rebellion, а Юг не иначе как War for Southern Independence) и процветающий курортный бизнес мгновенно умер. Взамен юнионисты построили военный госпиталь для раненных героев, но потом быстро сообразили, что место ну просто идеально подходит для концлагеря. С трех сторон – вода, с четвертой – болота. Побег возможен, но малоперспективен. Госпиталь превратили в укрепленный форт, назвали Point Lookout, и начали свозить туда плененных конфедератов, причем только рядовых и сержантов. Захваченных в плен офицеров отправляли в особый офицерский лагерь в Дэлавере.
За два года, с 1863-го по 1865-й, через лагерь Point Lookout прошло более пятидесяти тысяч человек – не только солдат, но и цивильных, простых обывателей. Мужчин, женщин и детей. Да, детей тоже. Сочувствующих конфедератам хватали целыми семьями и привозили сюда, где их никто не допрашивал и не пытал. Их просто тупо держали в палатках, выдавали одно тонкое одеяло, почти не кормили и поили тухлой водой. Баланду наливали в фуражки – тем, у кого они были, остальным – куда попало, в карманы, в рукава рубашек… Пленники ели собак и крыс, если повезет, сырую рыбу. За два года умерло, по свидетельствам современников, около пятнадцати тысяч человек, главным образом от холода, голода и болезней. Официальные данные – 3 384 человек, подозрительно точные. И уж совсем смехотворной кажется цифра в 1500 человек, на которой настаивает один достаточно известный исследователь.
Карауливших лагерь солдат старались часто менять, потому что те долго не выдерживали этого тяжкого зрелища и просились обратно на войну. Исключение составляли негры-волонтеры, те, наоборот, с удовольствием издевались над пленниками, видя в них своих недавних угнетателей.
Вот так закладывались основы самого свободного в мире общества, и лично я не вижу в этом никакого парадокса. Наоборот, ставлю американцам в заслугу то, как быстро они прошли путь от тогдашней озверелости до сегодняшней цивилизованности. И как научились одинаково беречь свою историю и уважать своих героев – и тех, и других. Пример – памятник погибшим в концлагере конфедератам, сооруженный по инициативе правительства США в 2009 году:
Ну вот, а городок Scotland теперь опять курорт, правда, уже не такой популярный. Больше не едут сюда издалека, что действительно есть парадокс, при современных-то средствах передвижения…
VAABUS 